Теневой кабинет Путина и мост в Крым

25 мая 2017 г.
"В сердце, в сознании людей Крым всегда был и остается неотъемлемой частью России", - заявил президент Путин весной 2014 года. Журналист Джошуа Яффа пишет в статье, опубликованной на сайте журнала The New Yorker: "Несмотря на победоносную лексику Путина, аннексия поставила Россию перед громадным вызовом в области логистики - проблемой физической изолированности Крыма".
Путин собрал инженеров, строителей и чиновников, чтобы решить, как соединить Крым с континентальной Россией. Было решено построить мост через Керченский пролив. "Российское государство известно своей неэффективностью, когда нужно скрупулезно соблюдать все нюансы повседневной административной работы правительства; для него более естественный режим - строительство поразительно масштабных сооружений. Мост соответствует этой традиции размаха и расходов: его протяженность составит без малого 12 миль - он будет самым длинным в стране, а стоимость - более 3 млрд долларов. Когда мост будет достроен, он символически закрепит контроль России над этой территорией и продемонстрирует возрождение страны как геополитической державы, готовой оспаривать порядок, сложившийся после холодной войны", - говорится в статье.
Однако проект моста предъявляет большие требования к работе и отличается технической сложностью, отмечает автор. "В январе 2015 года российское правительство объявило, что проектом будет руководить Аркадий Ротенберг, 63-летний магнат с капиталовложениями в строительстве, банковском деле, транспорте и энергетике. Задним числом этот выбор кажется очевидным, почти неизбежным. Личное состояние Ротенберга, по оценкам, превышает 2,5 млрд долларов, основной доход он получает от госконтрактов, преимущественно на строительство тысяч миль дорог и газопроводов, инфраструктурные проекты", - говорится в статье. "Но, пожалуй, самая заметная деталь биографии Ротенберга - тот факт, что в детстве, в 1963 году, в возрасте 12 лет, он пришел в ту же секцию дзюдо, что и Путин. Они стали спарринг-партнерами и друзьями, и с тех пор остаются в близких отношениях", - пишет автор.
"Успех Ротенберга - один из превосходных примеров политико-экономической реструктуризации, которая произошла за 17 лет пребывания Путина у власти: у одного олигархического класса "вырвали клыки", а другой класс был создан", - пишет Яффа. В 1990-х бизнесмены создавали корпоративные империи, мало лояльные к государству. Новым олигархам "позволили извлекать из государственных ресурсов огромное богатство, часто через прибыльные госконтракты, но они должны были понимать, что их высший долг - служить президенту и укреплять систему, которой он руководит", - пишет автор.
По мнению автора, мост в Крым отличается от многих других проектов Ротенберга: "не ожидается, что он заработает на нем большие деньги". "Этот проект - не про прибыль", - сказал автору неназванный московский банкир. Как Ротенберг возглавил этот проект? Банкир спокойно сказал: "Мост нужно строить, а все остальные отказывались. Это было единственно возможное решение".
"Строительство началось в прошлом году, - продолжает рассказывать журналист. - Ротенберг, имеющий репутацию информированного, практичного управляющего, приезжает каждые несколько месяцев - пролетает над площадкой на вертолете, а затем инспектирует проект в сопровождении инженеров и специалистов по дорожному строительству".
Ротенберг и Путин сблизились, когда вместе ездили на соревнования. Ротенберг окончил физкультурный институт, работал тренером по дзюдо.
Когда в 1990 году Путин пошел работать в мэрию, "Путин и Ротенберг, а также еще горстка других учеников тренера Анатолия Рахлина встречались несколько раз в неделю, чтобы практиковать приемы и оставаться в хорошей форме. Для Путина, который и по характеру и ввиду выучки в КГБ недоверчиво относится к другим людям, эта юношеская дружба, похоже, - единственный случай искренних, незащищенных дружеских уз. Вскоре его окружили люди, которые либо могли что-то ему дать, либо о чем-то просили", - пишет Яффа.
В первый год своего президентства Путин и группа экономических советников провели реформы, призванные укрепить авторитет и компетентность государства. Некоторые реформы отвечали духу прорыночного неолиберализма. Но однажды советник Путина, экономист Андрей Илларионов обнаружил президентский указ о создании госмонополии путем слияния более чем сотни ликеро-водочных заводов. Автор утверждает, что на заседаниях совета экономистов эта новая организация - "Росспиртпром" - не упоминалась. "Очевидно, были другие люди, помимо нашего экономического совета, чьими рекомендациями пользовался Путин, очевидно, он принимал решения в их пользу", - сказал Илларионов в интервью автору.
"В случае "Росспиртпрома" этим человеком был Ротенберг. Он предложил, чтобы во главе этой компании поставили Сергея Зивенко, с которым он занимался бизнесом в 1990-х. Когда прошлой осенью я встречался с Зивенко, он назвал создание "Росспиртпрома" "совместной инициативой" с Ротенбергом - "деловым проектом с политической окраской". В итоге "Росспиртпром" стал контролировать 30% российского рынка водки, что сделало его одним из ключевых источников доходов для государства, пока не взлетели мировые цены на нефть. В этой компании впервые тестировалась путинская модель госкапитализма, и, поскольку она окупила финансовые ресурсы и, следовательно, дала Кремлю политическую власть, Путин счел ее успешной", - пишет Яффа.
"Ротенберг тоже извлек выгоду из централизации - вероятно, с благословения Путина. По логике путинской эпохи, коррупция - это воровство, когда ты реально ничего не делаешь. Личное обогащение воспринимается как надлежащее вознаграждение за завершение проекта", - говорится в статье. "Очень многие пытались воспользоваться своей близостью к Путину, чтобы давать много обещаний, которых они так и не выполнили, - сказал Зивенко. - Но не Ротенберг. Он воспользовался этим доверием и обеспечил осязаемые достижения".
Автор рассуждает: "Невозможно выявить грань между тем, где братья [Аркадий и Борис] Ротенберг благодаря своей фамилии и связям получали нестандартно-большую прибыль от госконтрактов, а где у них просто был талант находить возможности заработать. Когда я спросил у Ирене Ламбер, бывшей жены Бориса, оказывал ли Путин братьям Ротенберг активное содействие, она сказала мне, что не стала бы этого исключать". "В детстве они дружили, и эти отношения никогда не разрывались, так что, по логике, можно предположить, что как минимум были даны какие-то советы, а возможно, там и сям оказывалась помощь", - сказала Ламбер.
Директор Национального Энергетического Фонда Константин Симонов заметил в интервью Яффе: "Это простая история: в такую компанию, как "Газпром", не может кто-то прийти с улицы и сказать: "Я хочу построить гигантский газопровод". Очевидно, на первом этапе Ротенберг в серьезной степени нуждался в политической поддержке". Но успех Ротенбергу принесли не только личные одолжения. "Ротенберг оказался очень настойчивым человеком с настоящими организационными способностями и готовностью идти на риск", - сказал Симонов.
По мнению автора, если в 1990-х российские олигархи присваивали государственные активы и распоряжались ими по своему усмотрению, то "олигархи путинской эры - сами активы государства в некотором роде, они управляют бизнес-вотчинами, которые, по случайному совпадению, приносят хорошие доходы. У многих есть долгие отношения с президентом и особая сфера ответственности. У Ротенберга это инфраструктура".
Неназванный "источник, близкий к Кремлю, уверял, что взлет Ротенберга и похожих на него новых олигархов путинской эры не был результатом целенаправленного плана". "Создание" этих людей не было стратегией Путина. Это фантазия. Возможно, он согласился им помочь, и в определенный момент, когда они стали крупными и успешными, он осознал, что они могут быть полезны, что не так уж плохо иметь касту очень богатых людей, которые тебе чем-то обязаны", - заявил источник. Автор продолжает: "Фактически путинские олигархи образуют теневой кабинет". Московский политолог Евгений Минченко сказал в интервью Яффе: "Это доверенные люди, которые будут держаться Путина до конца, он может давать им определенные задания, они не испугаются внешнего давления". Журналист пишет: "Они могут брать на себя проекты, которые Кремль не хочет финансировать, либо которыми Кремль не хочет управлять: таковы спортивные команды, медиа-программы и политические инициативы".
"Один банкир с хорошими связями сказал мне, что многие олигархи финансируют "черный гроссбух", - пишет Яффа. Как банкир пояснил, это "деньги, которые не проходят через бюджет, но нужны государству - например, на финансирование выборов и поддержку местных политических фигур". Средства покидают госбюджет в качестве заказов на закупки и возвращаются как недекларируемые наличные, которые можно тратить так, как Кремль считает нужным", говорится в статье.
В марте 2014 года администрация США, наложив на Россию санкции за вмешательство на Украине, включила Аркадия и Бориса Ротенбергов в санкционный список. "Неясно, какую роль Аркадий сыграл (если вообще сыграл) в политике Кремля на Украине, но цель была не в этом", - пишет автор. "Мы хотели разъяснить ближайшему окружению, что Путин не может их защитить, что он не может прикрыть своих приятелей", - сказал в интервью автору Дэниэл Фрид, ведавший санкционной политикой в Госдепартаменте. Предполагалось, что санкции затруднят жизнь богатых и влиятельных приближенных Путина и это удержит Россию от новой агрессии.
Но, по словам автора, Аркадий Ротенберг, а также Геннадий Тимченко и Юрий Ковальчук, которые тоже оказались под санкциями, стали еще ближе к Путину. "Отчасти эта реакция объясняется личной лояльностью. Но она имеет и рациональный смысл: российское государство - основной клиент и основной источник богатства Ротенберга, так что было бы намного дороже стать противником Путина, чем нести на себе бремя санкций", - говорится в статье.
Автор возвращается к проекту моста в Крым.
"Как и большая часть экономической деятельности, имеющей отношение к Крыму, мост - объект санкций США", - отмечает Яффа. Фрид сказал: "Мы никогда не воображали, что сможем предотвратить строительство моста, но мы могли попытаться сделать его колоссально дорогим и "радиоактивным", чтобы Крым никогда не содержал сам себя, чтобы он оказался не военным трофеем, а обузой". Яффа комментирует: "Похоже, санкции не повлияли на строительство и не привели к сильному увеличению издержек, но несколько сложностей они создали. Вначале оказалось невозможно найти солидную страховую компанию, чтобы застраховать проект, и потому потенциальные риски на сумму более 3 млрд долларов взяла на себя малоизвестная страховая компания в Крыму".
По данным автора, вполне вероятно, что мост будет введен в строй с опережением на год - как раз к президентским выборам.
Яффа рассказывает о своей поездке на строительство моста в январе текущего года. "Масштаб строительства был таким громадным, что его почти невозможно осмыслить", - пишет он. Журналист побеседовал с Леонидом Рыженкиным, сотрудником строительной компании Ротенберга. "Он рассказал мне, что тратит пять часов на дорогу на пароме и такси, чтобы навестить родителей жены", - пишет автор. "Он сказал мне, что Крым - дом "исконных русских людей" и что мост "позволит нам всем воссоединиться", - пересказывает Яффа интервью.
"К нам присоединился Роман Новиков, чиновник из российского государственного агентства по делам дорог, и, когда я поинтересовался его мнением о Ротенберге, он охотно ответил комплиментами", - пишет журналист. "У меня есть ощущение, что он глубоко погружен в проект", - сказал Новиков. По словам автора, Новиков объяснил интерес Ротенберга к проекту так: "Не секрет, что он общается со своим другом детства со времен, когда они были молоды, а тот, конечно, тоже заинтересован это сделать". Новиков уточнил: "Я говорю о президенте Российской Федерации".
Источник: The New Yorker


from Обзор прессы http://ift.tt/2qk0QOl
via IFTTT

Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

Собчак, Жириновский и Грудинин договорились нарушать регламент теледебатов на федеральных каналах

США решили сменить посла в России. Теффт попрощался по-русски