«Плен в своём Отечестве»


Тюремщик – это не только тот реальный человек, который со связкой ключей ходит по тюремному коридору, открывает камеры, два раза в день считает арестантов, водит их на оправку и прогулку, сажает в карцер, выпускает своих подопечных на время, на допросы, или навсегда, на волю, на этап, на расстрел. Кроме этих, лица которых нам становятся знакомыми, которых мы, не зная их фамилии, награждаем кличками, – кроме них есть ещё уйма других тюремщиков. Многие из них и не бывают никогда в тюрьме. Они сидят в нормальных кабинетах, с клеенчатыми диванами, дорожками на полу и портретами на стенах.
Но именно эти люди и сочиняют все правила тюремной жизни. Они определяют время и порядок тюремной прогулки; количество и качество тюремной пищи; они обсуждают и решают, какими должны быть кровати в камерах; должен ли быть или нет матрац на койке; сколько писем может получать арестант; можно ли делать ему передачу и какую… Словом, это они и сочиняют весь комплекс того, что называется тюрьмой.
Все это делают вот эти неизвестные нам люди. Именно потому, что они нам неизвестны, они страшны своей загадочностью. Мне всегда хотелось знать: какие они, как выглядят?
Как, например, выглядит тот самый прокурор, который ответил тете Паше?
Тетя Паша была пожилой, доброй женщиной, которая мыла полы в коридоре.История жизни тети Паши была несложной. Сама она из Златоуста, муж у нее погиб во время аварии на домне, осталось двое сыновей-подростков. Жили – соответственно. Добрые люди научили тетю Пашу поехать в Челябинск, купить там чулки и продать их в Златоусте, где этих чулок не было. Дальше все рассказывалось в обвинительном заключении.
Она «с целью спекуляции приобрела в Челябинске 72 пары нитяных чулок, каковые пыталась перепродать на рынке г.Златоуста по спекулятивным ценам». Тетя Паша была изобличена, арестована, судима и приговорена за спекуляцию к семи годам заключения, с конфискацией. Прошло пять лет, началась война, дети тети Паши достигли возраста, когда можно защищать свою Родину. Сначала тетя Паша получила похоронную на младшего, и ночью, оставаясь в конторе мыть полы, она выла и билась головой о столы.
Потом она пришла ко мне в контору с каким-то остекленевшим лицом и протянула толстый пакет. В пакете было несколько медицинских справок,история болезни. И ко всему этому – письмо от начальника госпиталя. Речь шла о старшем сыне.Он лежал в госпитале после тяжелого ранения, врачи сделали все, что могли, он был – как написано в заключении – «практически здоров» и мог быть выписан из госпиталя. Но у «практически здорового» человека не было одной ноги и обеих рук. Выписать его из госпиталя можно было лишь при условии, что есть у него близкие, которые возьмут его и будут за ним ухаживать.Потому что начальник госпиталя писал, чтобы мать раненого солдата написала заявление в прокуратуру СССР, приложила посланные ей документы, после чего её освободят.
Я написал. Убедительно написал. Подшил к письму все присланные документы.Прошло два или три месяца, и каждый день я успокаивал тетю Пашу, уверяя её, что таких заявлений много, что требуется время, чтобы оформить её освобождение.
Однажды я зашел в УРЧ. На столе лежала груда бумаг. Мне бросилась в глаза фамилия тети Паши. Я взял её и прочитал небольшую бумагу с бланком Прокуратуры СССР. Прокурор извещал тетю Пашу, что заявление её разобрано и в просьбе о досрочном освобождении отказано «за отсутствием основания». Я осторожно положил бумагу на стол и вышел на крыльцо, умирая от страха, что могу сейчас увидеть тетю Пашу… Везде, в бараке, в конторе, везде были люди, которых я не мог, не хотел видеть.
Я побежал в сортир и там задрожал, схватившись за вонючие стены из рудстойки. Так со мной было всего два раза за тюремную жизнь. Почему я плакал? Потом я понял почему: от стыда. Я умирал от дикого стыда, невыносимого стыда перед тетей Пашей. Во время первой мировой войны во Франции освобождался от любого срока заключения – даже от пожизненного – арестант, у которого сын погиб на фронте…
За 72 пары нитяных чулок тетя Паша уже отбыла пять лет лагеря, она отдала своему государству двух сыновей и вот – «нет оснований»…
Тюремщики проведут очередной праздник
Движение на столичных дорогах ограничат 27 апреля и 3 мая в связи с проведением репетиций парада Победы. Изменения будут действовать с 18:00 до окончания мероприятия. Также движение ограничат с 05:00 до завершения репетиции 7 мая.
Военная техника пройдет по маршруту улица Нижние Мнёвники — улица Народного Ополчения — улица Мнёвники — Звенигородское шоссе — улица Красная Пресня — Баррикадная улица — Садовая-Кудринская улица — Большая Садовая улица — Триумфальная площадь — улица Тверская — Кремлевская набережная — Боровицкая площадь — улица Моховая — улица Воздвиженка — улица Новый Арбат — Новинский бульвар — улица Садовая-Кудринская — улица Тверская; Красная площадь — Большой Москворецкий мост — Болотная улица — Болотная площадь — Большой Каменный мост.
Водителей просят по возможности отказаться от поездок в центр на автомобилях и воспользоваться общественным транспортом. На пути следования колонны расположены следующие станции метро: «Молодежная», «Крылатское», «Полежаевская», «Улица 1905 года», «Краснопресненская», «Баррикадная», «Маяковская», «Пушкинская», «Тверская», «Чеховская», «Охотный Ряд», «Театральная», «Площадь Революции», «Боровицкая», «Библиотека имени Ленина», «Александровский сад», «Арбатская», «Смоленская».
Парад Победы на Красной площади традиционно начнется 9 мая в 10:00. В нем примут участие механизированные и пешие колонны.
В этом году впервые в истории парада на площадь выйдет арктическая военная техника, представленная самоходными комплексами ПВО ЗРК «Тор-М2ДТ» и зенитным ракетно-пушечным комплексом «Панцирь-СА», а также арктические машины обеспечения. Кроме того, в параде впервые примет участие колонна военной полиции (наследники "Заградотрядов") Вооруженных сил России. По Красной площади пройдут многоцелевые бронеавтомобили повышенной проходимости «Тигр», «Тайфун-К», «Тайфун-У». В авиационной части парада над московским небом пролетят 17 вертолетов и 55 самолетов, среди которых ракетоносцы Ту-160 и Ту-95МС и многоцелевые истребители Су-30СМ.
Последние уходящие участники Победы
93-летняя Ветеран Войны, участница боевых действий, блокадница, Михайлова Татьяна Васильева 14.01.1924 г.р. кинута своим внуком и невесткой в полуразвалившимся доме в 130 километрах от Санкт-Петербурга. Её сын умер, остался из близких только внук. Татьяна Васильевна выживает в нечеловеческих условиях. У неё фактически нет еды, нет тепла, нет ванны. Уже год, живущие в тёплой и чистой квартире в городе, внук и невестка не навещают это "грязную, вонючую старуху". Они так её называют. Два раза бабушке взламывали дом - обворовывают. Хотя брать там практически нечего. Этой осенью к Татьяне Васильевне пытались снова вломиться, но сосед выгнал посторонних мужчин. Татьяна Васильевна почти не ходит, практически не может себя обслуживать.
31-летний внук Стасик (бабушка его так называет) живёт в квартире, выданной государством Татьяне Васильевне. Растит маленького сына, заботится о жене. О бабушке не вспоминает.
Местная администрация отказывается помогать Татьяне Васильевне, потому что она не прописана в доме, в котором она в блокадных условиях доживает свои часы. А прописана она там, где сейчас живёт её внук. Администрация Лужского района, вам пламенный привет, открытки на День Победы всем заготовили уже?
Я не знаю, доживёт ли Татьяна Васильевна до 9 мая, но я точно знаю, что на 9 мая Стасик пойдёт на какой-нибудь бессмертный полк и будет смотреть с гордостью парад. И скорее всего накатит с друзьями. А ещё знаю, что мы живём в самой ужасной стране на Земле среди худших людей.
Если кто-то захочет помочь бабушке и вообще как-то повлиять на ситуацию, то за адресом пишите мне в личные сообщения. Хотя я не знаю чем тут можно помочь.
***
Эта чудовищная история случилась накануне прошлого 9 мая в городе Волхов Ленинградской области. 6 мая соседи ветерана 91-летней Клавдии Малашкиной услышали стоны из под её двери. Они вызвали спасателей. Когда квартира была вскрыта Клавдию Малашкину всю в садинах, в ушибах, голую обнаружили на полу. Оказалось, что внучка Клавдии Малашкиной, которая ухаживала за бабушкой ушла из дома 1 мая и заперла бабушку. Ветеран войны много раз падала - полки были перевернуты, она была очень слаба и не могла приготовить себе пищу. Единственное, что она еле-еле шептала это: "Где внучка? Где моя внучка?". Она находилась одна в квартире все 6 дней.
На пороге перед дверью лежало несколько поздравительных открыток от администрации.
Клавдию Малашкину госпитализоровали с диагнозом сердечная недостаточность. Сильное истощение и обезвозживание мешало лечению.
9 мая 2016 года ветеран войны Клавдия Малашкина умерла.
Вот как это прокомментировала внучка Клавдии Малашкиной: "Заперли. Но не на три дня. Гораздо больше. Я ушла еще 1 мая из дома. Вернулась восьмого. Кто же знал, что она помрет? А вообще она нормально ходила, я не замечала за ней признаков недомогания. Кашки себе варила. Мыла все. Странно, что это она ни с того ни с сего померла."
И её ухажёр: " Вы не вздумайте обвинять мою Ольгу! Это я ее забрал 1 мая. И мы с ней ушли в соседний поселок, в мой гараж. Да, мы пили до 8 мая. А кто сейчас не пьет? Время такое. Да и праздники надо было отметить. Гараж еще красили. Ольга рядом сидела. Потом на рыбалку ездили."
***
Эта история случилась в Таганроге осенью 2016 года. Обессилевшего 89-летнего ветерана случайные прохожие нашли около здания почты. Он сидел на ступеньках и не помнил зачем он пришёл на почту. Но свой адрес и имя назвал точно. Виктора Дмитриевича привели домой и пришли в ужас от условий его существования. В доме не было ни куска еды, не было газа и света. Сам ветеран был в грязной одежде, у него были вши. Выяснилось, что у Виктора Дмитриевича есть внук (сын умер), который навещает дедушку раз в месяц, а то и реже. "Заботливые" соседи настояли на том, чтобы Виктору Дмитриевичу обрезали газ (боялись) и кто-то ему выбил пробки. Социальные службы помогать отказались под различными предлогами и активисты взяли шефство над ветераном. Один из предлогов отказов соцслужб - "ну, у него есть живой внук-опекун, сиделку мы дать не можем."
Спустя сутки истощенного Виктора Дмитриевича с признаками обезвоживания определили в больницу. Пока искали сиделку его оставили на попечение медперсонала. На седьмой день пребывания в больнице Виктор Дмитриевич умер. Активисты обнаружили на его теле пролежни (хотя персонал отрицал своё бездействие), в последние часы жизни у него была очень высокая температура, но к нему никто из врачей не приходил. Никто не обращал внимания. Скончался Виктор Дмитриевич в состоянии намного худшем, чем на момент поступления.
Собственный внук. Соседи. Социальные службы. Медицинский персонал. Власти. Всем было наплевать. Виктор Дмитриевич - был ненужной, мешающейся под ногами вещью. Равнодушие - самый страшный порок. Но ещё хуже ханжеское лицемерие, за которое прячется это равнодушие, то омерзительное лицемерие, которое нас ждёт 9 мая.
Великая Россия, страна победитель, ау, ты где, тебя не видно за твоим ничтожеством.


from Обзор прессы http://ift.tt/2pm9bx9
via IFTTT

Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

Собчак, Жириновский и Грудинин договорились нарушать регламент теледебатов на федеральных каналах

США решили сменить посла в России. Теффт попрощался по-русски